"Мы лишь недавно отрешились от геоцентрических иллюзий. Отрешиться же от иллюзий жизни гораздо труднее".
К.Э.Циолковский
Известно определение жизни, как способа существования белковых тел (Ф.Энгельс). По своему характеру это определение является структурным и неявно содержит утверждение о не существовании небелковых форм жизни ("белковая догма"), а следовательно, и не существовании жизни в тех средах, где не может существовать белок: межзвездной среде, звездной плазме, в ядрах планет и т.п.
Из логики известно, что невозможно доказать не существование чего-либо, т.е. доказуемо только существование тех или иных явлений и объектов. Наивысший статус, который может иметь научное утверждение о не существовании чего-либо, - это статус гипотезы, которая либо опровергается, если явление обнаружено двумя или более независимыми способами (принцип наблюдаемости), либо остается гипотезой. Поэтому любые утверждения о не существовании тех или иных явлений, тем более высказанные или воспринятые как "истина в последней инстанции", не могут быть отнесены к научным высказываниям, даже если исходят от наивысших научных авторитетов. Да и просто культурный человек не взял бы на себя подобного рода безаппеляционное утверждение, например о не существовании Бога. (В связи с этим, автор совершенно безаппеляционно заявляет, что любые безаппеляционные высказывания (кроме этого, естественно) совершенно недопустимы).
Такого рода высказывания, или такое их понимание, основаны не на поисках истины, а на групповых или личных интересах. В лучшем случае вышеупомянутое определение жизни можно рассматривать как частный случай определения через перечисление путем приведения в качестве примера единственной широко известной формы жизни: белковой. Но в этом случае смысл этого определения тривиален и не стоит даже того, что о нем здесь уже написано.
Конечно, структура зависит от функций, которые она поддерживает, и в целом более сложные функции поддерживаются более сложными структурами. Однако к счастью эта связь "структура-функция" не однозначна, т.е. одни и те же функции могут поддерживаться самыми разнообразными, т.е. альтернативными структурами. При этом обычно функциональная универсальность достигается за счет определенной структурной избыточности, что неизбежно приводит к уменьшению эффективности поддержки конкретных функций, по сравнению с их специализированной реализацией. На этих закономерностях самым существенным образом основано все развитие нашей технократической цивилизации, т.к. прогресс техники представляет собой ни что иное, как процесс последовательной передачи трудовых функций человека средствам труда. Поэтому и определение различных типов средств труда может быть только функциональным, а не структурным (Карл Маркс).